— В даме? — переспросил епископ. — Кто был в даме? Ужин?
— Нет, епископ. В даме был совершенно другой парень, по имени Маурицио.
И эти люди учат нас философии обыденного языка?
Лингвистический статус имен собственных
В последние 50 лет философы все больше увлекались формальными рассуждениями. Сегодня философию куда меньше волнуют глобальные вопросы вроде свободы воли или существования Бога; зато она усердно занимается решением проблем логической и лингвистической ясности. Не будем называть имен, однако, похоже, некоторые современные философы несколько переборщили, рассуждая о значении имен собственных. Так, по мнению Бертрана Рассела, имена собственные заключают в себе краткую характеристику субъекта. К примеру, «Майкл Джексон» — это лишь сокращенное от «певец с пересаженной кожей, сделавший не совсем стандартную пластическую операцию на носу». А вот современный философ, известный под названием «Сол Крипке»[6], напротив, утверждает, что имена собственные не несут вовсе никакой описательной информации: они — чистой воды указатели (вроде товарных ярлыков) и связаны с человеком или предметом, который называют, лишь исторической цепью передаточных звеньев, через которую имя достается своему носителю.
Решив сделать карьеру в шоу-бизнесе, Мирон Фельдштейн сменил имя и стал Фрэнком Уильямсоном. Чтобы отпраздновать получение главной роли в бродвейском мюзикле, он устроил грандиозную вечеринку в собственном пентхаусе в элитном доме.
В числе прочих он пригласил на праздник и свою мать, однако она так и не явилась.
На следующее утро, спустившись в холл, Мирон обнаружил там свою мать.
— Что ты здесь делаешь? Почему ты не пришла вчера? — спросил он.
— Не могла найти твою квартиру.
— Надо было спросить у швейцара!
— Я так и хотела сделать. Но, честно говоря, я забыла, как тебя зовут.
Вот так Фрэнк, или, как называет его мать, Мирон, разорвал цепочку передаточных звеньев, связанную с именем Мирон.
«Я не говорил “Я люблю тебя”, я сказал “Слышь, я тебя типа люблю”. Большая разница».
На этой картинке мы наблюдаем напряженную дискуссию Витгенштейна и философа более традиционной школы, которую легко отличить по классической нитке жемчуга на шее. Заметим, что традиционалистка явно находит выражения «Я люблю тебя» и «Я тебя типа люблю» эквивалентными. Витгенштейн, в свою очередь, поправляет ее, указывая, что значение слова зависит от целей его использования. Поскольку фразы «Я люблю тебя» и «Слышь, я тебя типа люблю» в обычном языке используются по-разному, они обладают разными значениями и разными социальными последствиями.
ЗагадкаЧью теорию имен — Рассела или Крипке — высмеивает этот анекдот?
Молодой парень в результате кораблекрушения оказался на необитаемом острове. В один прекрасный день, вглядываясь в морскую даль, он заметил, что к нему направляется пловец. К его удивлению, это оказалась сама Холли Берри. Не прошло и нескольких часов, как они стали любовниками. Целыми неделями они занимались страстным сексом, почти не отрываясь друг от друга.
И вот, в один прекрасный день, молодой человек говорит Холли:
— Дорогая, ты можешь сделать мне одно очень большое одолжение?
— Все, что угодно, милый! — ответила красотка.
— Отлично! Ты можешь очень коротко постричься и разрешить мне звать тебя Тед?
— Гм, ну и странные у тебя желания, дорогой!
— Ну пожалуйста, пожалуйста, ну очень прошу тебя!
— Ну, ладно, — наконец, согласилась Холли.
В этот же вечер, когда они прогуливались вдоль полосы прибоя, взявшись за руки, парень, повернувшись к ней, воскликнул:
— Тед, ты не поверишь, с кем я тут трахаюсь!
Философия неопределенности
Одна из современных формальных лингвистических идей в философии известна под обманчиво простым названием «неопределенность». «Неопределенность» — это термин, используемый философами, известными как «сторонники гибкой логики» (слава Богу, честно). Он обозначает «определение степени истинности по шкале от 1 до 10». К примеру, утверждение «этот человек — лысый» будет применимо к кому угодно — от Майкла Джордана до Рода Стюарта, хотя, возможно, с точки зрения Рода, это определение окажется несколько… неопределенным.
Некоторые философы считают, что естественные языки — к примеру, шведский или суахили — просто пропитаны неопределенностью и с этой точки зрения дефектны. Они ратуют за создание искусственных языков, вроде языка математики, которые позволяют достичь восхитительной ясности. В следующем анекдоте музейный смотритель пытается смешать неоднозначный естественный язык с точным языком математики — с предсказуемым результатом:
Туристы в Музее естественной истории, разглядывая кости динозавра, обращаются к смотрителю с вопросом:
— Не подскажете, сколько лет этим костям?
— Три миллиона четыре года и шесть месяцев, — отвечает тот.
— Какая поразительная точность! — удивляется турист. — Откуда вы знаете столь точную цифру?
— Когда я начал работать здесь, — говорит смотритель, — им было три миллиона лет. А я пришел сюда четыре с половиной года назад.
Уильям Джеймс описывал спектр типов мышления, ранжируя их от «колеблющегося» до «решительного». Колеблющиеся философы полагают, что естественный язык со всеми его неточностями предпочтительнее математики: ведь он дает нам больше простора для фантазии.
Восьмидесятилетняя женщина в доме для престарелых вбегает в мужскую комнату отдыха и объявляет:
— Тот, кто отгадает, что спрятано у меня в кулаке, сможет сегодня заняться со мной сексом!
— Слон? — выкрикивает один из мужчин.
Женщина, задумавшись на мгновение, отвечает:
— Тепло!
Решительные философы, возможно, согласятся оставить этой даме некоторый простор для фантазии, однако непременно приведут примеры того, сколь важна определенность, и насколько губительной может оказаться неточность естественного языка. Так, возможно, искусственный язык помог бы избежать следующей трагедии:
Диспетчер службы 911, ответив на звонок, слышит в трубке взволнованный голос охотника:
— Я только что наткнулся в лесу на окровавленное тело! Это человек, мне кажется, что он мертв! Что мне делать?
— Не волнуйтесь, сэр, все будет хорошо, — спокойно отвечает диспетчер. — Вы должны четко следовать моим инструкциям. Сначала положите телефонную трубку и убедитесь, что этот человек мертв.
— Охотник замолкает, затем диспетчер слышит в трубке звук выстрела.
— Теперь я уверен, — вновь возникает в трубке голос охотника. — Что мне делать дальше?
Да здравствует неточность!Эта история произошла на самом деле.
Гай Гома сидел в приемной офиса ВВС в ожидании собеседования по поводу работы в службе информационного обеспечения. В этот момент в комнату вошел тележурналист и спросил его:
— Вы Гай Кьюни?
— Да, — ответил мистер Гома: будучи конголезцем, он плохо понимал английский.
Продюсер отвел его в студию, где ведущий телешоу ждал эксперта в области бизнеса, чтобы взять у него интервью по поводу судебного спора о бренде между Apple Computers и звукозаписывающей компанией Apple.
— Вас удивило сегодняшнее решение суда? — спросил телеведущий.
После нескольких секунд паники мистер Гома решил сделать все, что окажется в его силах, чтобы справится с ситуацией.
— Да, я был очень удивлен, поскольку не ожидал подобного решения, — ответил он.
— Огромная неожиданность, не правда ли? — переспросил телеведущий.
— Точно так, — согласился Гома.
Ведущий поинтересовался, означает ли принятое судебное решение, что больше людей получат возможность скачивать музыку в Интернете, и мистер Гома вновь согласился, заявив, что в будущем все больше людей будут скачивать музыку из Всемирной сети.
— Спасибо большое за интервью! — с благодарностью произнес ведущий.
Димитрий: Что ж, это прояснило для меня все, что мы обсуждали.
Тассо: Каким образом?
Димитрий: То, что ты называешь философией, я называю анекдотом.
VIII
Социальная и политическая философия
